Сквозь лабиринт времён

Журналисты

Когда Александр вышел из палаты Алексея и пошёл вдоль по коридору, он вдруг ощутил, что внезапно сердце его забилось как-то не так, и в области загривка забегали какие-то странные мурашки. Александр остановился и прислушался к ним, если, конечно, слово «прислушался» можно применить к явно кинестетическим ощущениям. Что-то очень знакомое ощутил он в этой комбинации телесных сигналов… вот только что? Пока он размышлял, его тело абсолютно рефлекторно обернулось, и он увидел в другом конце коридора невысокую полноватую женщину со шваброй в руках. Увидев, что Александр обернулся, она развернулась и начала уходить. Александр бросился её догонять, но когда добежал до поворота, за которым она скрылась, понял, что потерял её. Остановившись на лестничной клетке, он с удивлением задал себе вопрос: «А зачем?» Придя в себя, он понял, что силуэт женщины удивительно совпадал с тем образом, который он видел в зазеркалье заброшенного особняка. Более того, именно такими мурашками отреагировало его тело тогда, когда он спиной своей ощутил взгляд призрака Надежды. Поняв зачем, Александр задумался, куда бежать дальше: вверх по лестнице, или вниз? Что-то подсказывало ему, что Надежда ушла наверх, но пойти почему-то захотелось вниз. Александр пожал плечами и начал спускаться по лестнице. Спустившись на первый этаж, он постоял немного, зачем-то поизучал витрину аптечного киоска, а потом решил выйти на улицу, подышать свежим воздухом.

На улице он увидел скучающего оператора, который задумчиво курил, сидя на скамейке. Рядом стояла профессиональная видеокамера на треноге. Александр похлопал себя по карманам, как будто бы ищет сигареты, и расстроено сморщился.

- Ну, ёлки палки! – как бы сам с собою заговорил он. – Забыл… Слушай, закурить не дашь… А то спустился курнуть, а сигареты забыл в другом халате.

- Что у тебя несколько халатов? - усмехнулся парень, доставая пачку сигарет.

- Да… В инфекционное в одном халате, в реанимацию в другом. Вот и переодеваюсь целый день туда-сюда.

- Ясно. А сейчас ты откуда? Не из реанимации случайно?

- Оттудова, – кивнул Александр.

- Не очнулся там этот… Лисицын?

- Не-а… - Александр сделал затяжку и замер от того забытого удовольствия, когда никотин разливается по жилам. «Как бы не втянуться в это обратно» - подумал он, вспоминая, с каким трудом удалось ему избавиться от этой губительной привычки. Лёжа в госпитале, весь продырявленный и зашитый, он не меньше, чем от ран, страдал от того, что ему не давали курить. Но вместе с ранами за два месяца исчезла и эта привычка. Поэтому, выписавшись из госпиталя, он решил больше и не начинать. А вот теперь, он зачем-то, ещё даже и сам не понимая зачем, снова попросил сигарету.

- А когда он, примерно, очнётся? Как ты думаешь? – спросил журналист.

- Да Бог его знает. А тебе зачем?

- Да задолбало уже сидеть тут без дела.

- Ну, так и шёл бы домой.

- Ага! Велено сидеть и ждать. Спецзаказ.

Александр пожал одним плечом, делая вид, что ему это совсем не интересно, и снова затянулся.

- И кто заказал? – как бы просто для поддержки разговора, усмехнулся он.

- А, не знаю… - махнул рукой собеседник. – Моё дело маленькое. Включить камеру и отснять интервью. А вопросы у Натахи.

- Вопросы? – Александр вскинул брови. – А Натаха – это та красавица, что сидит в ординаторской?

- Ну, не знаю, как насчёт «красавицы», но блондинка классическая.

- В смысле?

- В смысле, что как журналистка – полный ноль, зато по телевизору красиво смотрится. Перед интервью сидит, вопросы по бумажке зубрит.

- А вопросы-то хоть сама придумывает?

- Ну, ты скажешь! – усмехнулся парень.

Александр сделал ещё одну длинную ностальгическую затяжку. Разум его замер. Когда он говорил Алексею о том, что журналисты «заказанные», он на самом деле так не думал, просто болтал. А оказывается, так оно и есть. И что он теперь должен делать с этой информацией? Александр погасил недокуренную сигарету, кивнул собеседнику и встал.

- Ну ладно, пойду дальше реанимировать Лисицына. Давай, не скучай!

Первым делом ноги понесли Александра в ординаторскую. Там на диванчике, положив ногу на ногу, с помощью какого-то бульварного романчика коротала время блондинка-журналистка. Она была в полной боевой готовности, накрашена и напудрена. На вошедшего Александра она не обратила никакого своего звёздного внимания.

Включив чайник, Александр сел за стол прямо напротив красавицы и подперев голову рукой начал пристально и бесцеремонно её разглядывать. Девушка сначала делала вид, что не замечает его взгляда, но лёгкая кривизна губ, и остановка глаз где-то посреди страницы выдавала её внутреннее напряжение. Наконец, она раздражённо спросила:

- Ну что Вы меня рассматриваете? В музее что ли?

- Ах, барышня! Да Вас ведь каждый день по телевизору тысяча человек рассматривает. Пора бы уже и привыкнуть. Но заметьте, никто не приглашает Вас попить чаю. А я вот хочу рискнуть.

- Ну, во-первых, не тысяча, а сто тысяч, согласно рейтингу нашего канала, - надменно улыбнулась журналистка, - а во-вторых, я сюда не чай пить пришла.

- А зачем же тогда, позвольте поинтересоваться, столь яркая звезда телеэкрана торчит в нашей чайной комнате?

- А вот это не вашего ума дело. Пейте свой чай! – и телезвезда снова уткнулась в книгу.

- Ну, что ж! – вздохнул Александр, и обратился к закипевшему электрочайнику: – Не удалось мне дать интервью нашей прекрасной гостье. Пойдём, тогда, напоим чаем нашего самоубийцу.

Чайник в ответ одобрительно щёлкнул. Александр встал.

- Постойте! – встрепенулась журналистка. – Какого самоубийцу?

- Да есть тут один, - махнул рукой Александр. - Ничего страшного, жить будет.

- Вы, случайно, не про Лисицына говорите?

- Ну да.

- Так он что, очнулся? – глаза журналистки широко и гневно раскрылись.

- Очнулся, чаю просит, - наивно пожал плечом Александр.

Девица вскочила и чуть не задохнулась от возмущения.

- А почему мне не сообщили!? Сказано же было, что как только… - далее шло неприличное слово, и даже не одно, приводить которые здесь нет никакого смысла. Шлейф ругательств тянулся за внешне миловидной девушкой по всему коридору до самой палаты Алексея.

- Боже! Что я делаю? - ужаснулся Александр своим действиям. – Я в своём уме? – при этом его руки абсолютно не сомневаясь, открыли брошенную на диване сумку и извлекли из неё смятый гармошкой лист бумаги.

Через пару секунд в комнату ворвалась злобная журналистка, по телефону вызывая оператора.

- Ну, они мне ответят за это! – сквозь зубы процедила она, закрывая трубку-раскладушку. – Они не знают, с кем дело имеют, - источала она ядовитые угрозы.

Александр сделал испуганное лицо, и поспешил исчезнуть из ординаторской. Вбежав в палату Алексея, он застал его растерянно сидящим на кровати.

- Что это было? – спросил Алексей.

- Потом об этом! У нас есть пара минут, пока оператор допрёт сюда камеру и настроит её.





vsegolishson.net
© 2007 Ольга Юнязова